Talarin
08.07.2012 в 00:16
Пишет naurtinniell:

Феанаро Махтанион
А мне нравится)))

Лучшим из кузнецов нолдор был Махтан, и полюбил он искуснейшую ткачиху, Мириэль Сэринде, и взял ее в жены. У них родился сын, и огненно-рыжими были его волосы, хоть лицом он походил больше на мать. А нравом... не зря нарекли его Пламенным Духом, Феанаро. Но не вынесла Мириэль тяжести рождения ребенка, ушла она в сады Лориена, а оттуда — в покой Чертогов Ожидания. Глубоко было горе Махтана, но не умел мастер отчаиваться, потому смирился он с выбором жены и решил ждать ее — столько, сколько потребуется. Все время свое отдавал он единственному сыну. Был Феанаро умен и искусен, так что быстро догнал он по умениям отца, а вскоре и опередил его и по праву почитался первым мастером нолдор. Однако ж не возгордился он выпавшей на его долю славой, а принял ее как заслуженную награду, не как нечто само собой разумеющееся.
С детских лет ближайшим другом его был старший сын короля, Нолофинвэ. Были юноши близки, как братья, делили сначала детские радости и беды, потом — радости путешествий, открытий. И часто рядом с ними была любимая сестра Нолофинвэ — Ириме, веселая, красивая, добрая... Дети росли, и та, что была подругой по играм, стала для Феанаро чем-то неизмеримо большим — а он был ей лишь братом и другом. Он дарил деве драгоценности и цветы, а она не понимала его взглядов и вздохов. А говорить о своем чувстве сын Махтана отчего-то боялся, и никто не знал этой тайны — кроме Нолофинвэ. Другу ни о чем говорить не надо, он все читает в сердце. И однажды сказал он Феанаро:
— Говорить с ней ты боишься — что ж, скажи не словами, а тем, в чем ты искуснее.
— Я дарил ей прекраснейшее из того, что создавал, но ей не нужны эти игрушки.
— Ты сам сказал — игрушки. Делать камни умеет каждый нолдо, но ты — не каждый. Твоя любовь пламенна, как ты сам, а выразить ее ты не умеешь. Но она все равно скажет о себе.
Крепко запали в душу Феанаро эти слова. Целый лоа он почти не выходил из своей мастерской, и даже отец не знал, чем он занят. А спустя этот срок Махтанион вышел из дома, как был — в рабочей одежде, с небрежно перехваченными волосами — но глаза его горели ярче пламени, а к груди он прижимал простой деревянный ларец.
Ириме была одна в саду, когда увидела идущего к ней Феанаро. Девушка скучала без друга, чье общество давно стало неотъемлимой частью жизни, но лишь сейчас она поняла, как ей его не хватало. Он исхудал, под горящими глазами запали круги... Юноша даже не поздоровался с ней. Он подошел совсем близко и опустился на одно колено:
— Я не умею говорить... Возьми. Это тебе — и протянул ей ларец.
Ириме испугалась, но любопытство пересилило страх, и она откинула крышку. В простой работы венце сияли три драгоценный камня. Свет их был подобен свету Древ в час смешения, но — чище, ярче, нежнее. Никто не знал, что всю свою любовь, всю эстель вложил Феанаро в творение рук своих, и они соединила свет двух Древ и очистили его.
Словно молния сверкнула перед глазами изумленной Ириме, когда она увидела эту воплощенную любовь. Не свет камней видела она, но огонь его волос, сияние глаз — и в первый раз губы ее шепнули:
— Melindo...
Феанаро вскочил — она подалась навстречу, глядя прямо в глаза юноши. Полетел в сторону ларец, покатился венец по тропинке. Для двоих в мире не было ничего, кроме них самих...

Семерых сыновей родила Феанаро его жена, и были они лучшими друзьями со своими двоюродными братьями и сестрами, детьми Нолофинвэ и его брата Арафинвэ. А когда вышел на свободу Мелькор, мало кто из нолдор стал внимать его речам, оттого бежал он в Эндоре, как только смог. Но вести о том, что зло набирает силу, дошли до Амана, и поскольку Валар боялись сильно разрушить земли в войне, отправилось войско нолдор на помощь оставшимся в Белерианде эльдар. Мудр был полководец Нолофинвэ, и быстро были разбиты войска Мелькора, а самого его пленил Тулкас...

Многим из внуков Финвэ полюбились смертные земли, и испросили они разрешения остаться там, и разошлись по всему Эндоре, встретили Людей и Наугрим, и крепка была дружба между народами...

А Камни благословила Владычица Элентари, когда надела этот венец на свою свадьбу Ириме. И с тех пор хранился этот венец в Валмаре, и никто не носил его — но каждая дева, что давала брачный обет, надевала его в тот день. И Камни принимали в себя частицу каждого чувства — ведь каждая любовь особенная, и все ярче светились они, не ослепляя, но радуя каждого, кто смотрел на них. Когда-нибудь перестанет их оболочка вмещать Свет — и тогда лопнет она, и Свет разольется в воздухе, и исцелит все зло в мире. Настанет Арда Энвиньянта — Арда, Исцеленная любовью.

URL записи